|
|
Паучок
Напротив Московского вокзала, в Нижнем Новгороде, построили большой торговый центр «Республика». Перед центральным входом из брусчатки выложили огромную площадку и в одну линию, параллельно зданию, поставили четыре небольших статуи: по краям маленькие девочка и мальчик, а между ними две девочки постарше, гимнастки. Одна из них с шаром на ладони, а другая с развивающейся лентой. Каждую статую обнесли круглым цветником, а по кругу обставили уютными деревянными скамеечками, с металлическими подлокотниками. Дневная духота изнуряла, выматывала и просто сводила с ума. Лишнего движения не хотелось делать, желание было лишь одно – пить. Давно не было такого жаркого августа. И вот, купив хлебного квасу за одиннадцать рублей, у полной тети, что торгует русским напитком из желтой бочки – прицепа, я поспешил спрятаться от солнышка. Люди чуть ли не в очередь стояли за местом в тени, и мне пришлось дважды обойти площадь, прежде чем я нашел свободную лавочку. Удобно устроившись и вынув из заднего кармана сложенную вдвое тетрадь, я принялся дописывать неоконченный рассказ об ужасной судьбе маленького отряда бойцов, которые глупо и жестоко погибли. Листочки, купленной накануне тонкой тетрадки заполнялись буквами. Строчки, словно пьяные, шатались из стороны в сторону, а иногда прыгали и хромали. Некоторые и вовсе были безжалостно убиты чёрточками. Я писал. Люди садились на скамейки, отдыхали и уходили, а на смену им тут же присаживались другие. Иногда я отвлекался и наблюдал за интересными влюбленными парочками, или смешными двух-трех летними детишками, которые словно косолапые медвежата, шатались вокруг маминых ножек. Мои бойцы переправлялись в брод через горную речку, когда на меня дунуло приятным, сладковатым ароматом. Я повернул голову и увидел, как на соседнюю скамеечку плавно села девушка. Наши руки оказались рядом. Она листала какую-то цветную брошюру с афишами выставок и театров. Я окинул ее взглядом и вернулся к своему рассказу. Девушка сидела слева от меня и иногда, краем глаза, я видел, как бессмысленно ее пальчики перелистывают страницы. При этом она как-то грустно вздыхала, иногда во вздохе слышались нотки возмущения и негодования, даже видно было, что её немного сердит то, что я, сидя рядом, не обращаю на нее внимания. Как потом выяснилось, ей хотелось общения, душа рвалась к людям, ко мне, в поисках собеседника. Девушке хотелось болтать о чем угодно, но только не молчать, говорить в захлеб, порой, словами опережая свои мысли. Я чувствовал это и улыбался. Прошло минут пять, как она села, но ровным счетом ничего не произошло. Я писал, а она листала свою брошюрку, все чаще вздыхая и косясь на мою тетрадку. И тут я почувствовал чье-то легкое прикосновение, словно перышком щекотали локоть, машинально одернув руку, я увидел того, кто неосознанно касался меня. Маленький, серый паучок, который плел паутинку с внутренней стороны подлокотника скамейки. Он случайно задел своей подвижной, мохнатой лапкой локоть. Я решил проучить маленького проказника за то, что он помешал писать рассказ. Паучок замер, потом шустро начал перебирать лапками и притих. Аккуратно поддев кончиком ручки серого хулигана я приподнял его вверх и спросил у сидевшей рядом девушки: - Ты боишься пауков? - Что? – не расслышав, переспросила она. - Паучков боишься? – повторил я свой вопрос. - Нет, - она взглянула сначала на меня, а потом на маленького кудесника и, улыбнувшись, сказала: - Могу даже в руку взять. А серый хулиган тем временем стремительно летел вниз, на им же сплетенном канатике. Я приподнял ручку, а он оказался еще ниже. Паучок ловко перебирал лапками, а при малейшем дуновении ветра резко снижался, и так продолжалось, пока он не достиг земли. Понимая, что проказник практически скрылся, я, аккуратно смахнул канатик с кончика ручки, позволив паучку уползти под скамейку. - А лягушек, змей боишься? – переводя взгляд с земли на девушку, поинтересовался я. - Нет, а чего их бояться?! Людей надо бояться, а не этих безобидных крошек, - улыбнувшись, протараторила она. Затем мы познакомились. Она представилась Дашей и сказала, что работает на нижегородском телевидении, в молодежной программе, а в будущем хочет поступить в московский вуз на факультет журналистики. Целый час мы болтали о книгах, о вреде телевидения, о любви к Родине и о Нижнем. А когда подошло время идти на вокзал, Даша вызвалась меня проводить. Мы зашли внутрь и посмотрели на табло с расписанием движения поездов; до отправления было минут двадцать. Я предложил подождать на вокзале и сходить в кафе на второй этаж. Заказав по чашечке чая, мы сели за столик. Она говорила, как ей хочется съездить в Москву, чтобы походить по музеям и посетить различные выставки. А я в свою очередь рассказал Даше свои впечатления, о новом памятнике «Ипатьевская ночь», работы Церетели. Мы обменялись номерами, на случай если она все-таки соберется в столицу. Ей хотелось еще пообщаться и узнать меня больше, но времени было мало. Обрисовав в двух словах свою биографию, я допил чай и предложил идти к поезду. Дойдя до турникетов, мы пожали друг другу руки. - Рад был познакомиться! - И я рада! – улыбнувшись, ответила Даша и направилась к пригородным поездам. А я скрылся в тоннеле, который вывел меня на перрон. |
