Александр Рубцов

ДЫРА

Завершался декабрь. Чудесное утро плавно перетекало в замечательный, по-зимнему прекрасный денёк. Как сказала бы стюардесса, окажись вы сейчас в самолёте:
- Температура воздуха за бортом нашего авиалайнера - минус десять градусов по Цельсию. Плюс к этому было полное безветрие и падали большие, пушистые хлопья снега. Деревья стояли, накрывшись мохнатыми, белыми шапками. Иногда через серые облака, закрывавшие практически всё небо, проглядывало солнце, делая на какое-то короткое время этот чудесный денёк ещё более сказочным.

В общем, идиллия, пребывавшая сейчас на улице, радовала глаз и бодрила душу, настраивая её, эту самую душу, на романтический лад. Погода, как нельзя кстати подходила к тому событию, которое должно было свершиться сегодняшней ночью. Праздник этот, который с нетерпением ждут дети и их родители, бабушки и дедушки, да и вообще практически всё население земного шара, конечно же, Новый год.
В 10:50 утра, Егор - мужчина средних лет -  выбежал из своего подъезда. На ногах у него были надеты расстёгнутые ботинки, спортивные штаны, а на старенькую футболку с растянутым воротом  был накинут распахнутый пуховик.

- Во мля, зашибись! - вырвались первые его слова, как только он очутился на улице. Встав посреди тротуара и задрав голову к небу, он прищурил глаза от попадавшего в них снега, наслаждаясь благодатью, царившей на улице. Вдохнув полные лёгкие свежего, зимнего воздуха, он развернулся и направился в соседний подъезд. Поднявшись на первый этаж, он позвонил в красивую, резную, деревянную дверь. Открыла её девушка, лет двадцати восьми, в тёплом, домашнем халате и растрёпанными волосами.

- Привет, проходи. Ты чего это с утра уже по гостям носишься?

- Ты что, Натали? - сделал удивлённый вид Егор. - Какое утро? Ты в телевизор посмотри, там уже праздник вовсю. А вы что, ещё дрыхнете что ли?

Он скинул ботинки и, пройдя два шага по небольшому коридору, заглянул в комнату.

- Ха-ха-ха, - рассмеялся Егор. В комнате он увидел  недавно проснувшегося соседа, который сидел в кресле в больших семейных трусах и разгадывал сканворд. Сосед был довольно внушительных размеров, имея метр девяносто пять сантиметров росту и те же девяносто пять килограммов весу.

- Антоха, ты что, на "Поле чудес" готовишься? С утра сканворды решаешь. Вы, мужчина, не перестаёте меня удивлять!

Егор повернулся к девушке:

- Натали, у твоего мужа не "белочка" случаем? Меня тревожит его поведение.

- С таким другом  до "белки" не долго дойти, - съязвила Наталья.

- Ну-у-у, гражданочка, что это вы меня обижаете, - делая кислое лицо, сказал Егор, - ладно, это всё мелочи, - тут же продолжил он, - далее план такой: мы сейчас с вами начнём, так сказать, поторапливать выпроваживать старый год.

- Я поняла тебя, - пристально глядя на Егора, вставила Наталья, - пить собираетесь?! - и, не дождавшись ответа, продолжила:

- Пастухов, ты чо, охренел что ли? До Нового года ещё больше двенадцати часов!

- Ну, вот! - стукнул себя кулаком в ладонь Егор. - Женщина, ты меня дослушай! Сейчас мы  культурно выпиваем одну бутылочку этой прекрасной водочки, - он хлопнул себя по внутреннему карману пуховика, - разбегаемся по опочивальням, высыпаемся перед насыщенной  событиями новогодней ночью. Просыпаемся, отдохнувшие и свежие, как огурцы.

- Ага, - перебила его Наталья, - только дряблые слегка.

Егор пропустил сарказм мимо ушей, не желая сбиваться с приятного повествования о предстоящей выпивке.

- В восемь у меня приходит Маринка, готовим стол, ну, а далее всё по сценарию. Как?

- Послушайте, супруга, - подал голос Антон, с таким видом и интонацией, как будто находился на важном научном симпозиуме, решающем глобальные мировые проблемы, - а мне нравиться эта прогрессивная идея нашего не в меру сообразительного соседа. По-моему, это очень даже не плохая мысль.

- Да, да, ты разве откажешься, - ещё не согласившись но, уже начиная потихоньку сдаваться, ответила Наталья.

Почувствовав эту лёгкую слабинку, Егор продолжил свою наступательную акцию:

- Натали, так и ты не отказывайся. Сейчас на троих хлопнем пузырёк, ёмкость как раз тех размеров, что бы пить её втроём, - тут он вытащил из внутреннего кармана литровую бутылку водки. - Во! - показал он друзьям манящую ёмкость.

- Да ты чего, Пастухов, в натуре, охренел что ли? Куда литр-то притащил?! - возмутилась Наталья.

- Тьфу, Натали, - Егор изобразил на лице пренебрежение, - да это пыль для моряка! Это что, доза что ли?! Скажи, Антон!

- Мгм, - кивнул тот.

- Ой, молчали бы! - махнула Наталья рукой, - знаю я, какие вы после этой пыли будете, до кровати бы сами доползли, - и, выдержав паузу, спросила: - Маринка-то в восемь придёт?

- Ну, - одобрительно сказал Егор.

- Ладно, пойдём на кухню, я тоже выпью. Исключительно для того, чтобы вам меньше досталось, - пояснила Наталья своё подключение к мужской компании.

- Так, ну что, дорогие друзья я хочу сказать, - начал Егор, подняв рюмку и изображая первого и единственного президента СССР, Горбачова, с характерным для того южным говором и произношением буквы Гэ, - этот год был сложным, но продуктивным. Две наши семьи, усиленно консолидируясь, так сказать, приложили максимум усилий для накопления домашнего благосостояния, при этом, не забывая о сплочении дружественных отношений между нашими небольшими, но прогрессивно растущими семьями. Так, например, в семье Пастуховых, через восемь месяцев ожидается рождение второго ребёнка, и я считаю это правильно, а семья Лиховых не должна отставать в этом вопросе, - продолжал Егор, активно жестикулируя свободной рукой. Пародия получалась отменной, и потому Антон с Натальей от души засмеялись.

- Также надо отметить, что семья Лиховых в этом году приобрела новый автомобиль ВАЗ 2112, что, в свою очередь, является достойным примером для подражания семье Пастуховых. В общем, нашим дружным, семейным коллективам есть в чем перенимать друг у друга опыт. Процесс пошёл, дай Бог, чтоб не останавливался. Чтоб всегда был достигнут конценнсусс! - Егор поднял рюмку и чокнулся с друзьями, - с наступающим Новым годом, дорогие товарищи!

После того, как выпили и закусили, Наталя повернулась к Егору:

- Слушай, Пастухов, ты, что там у себя на заводе делаешь? Тебе на сцену надо, выступать, а ты тут свой талант просираешь, извините за выражение.

- Знаете ли, разлюбезная Наталья Сергеевна, металл для страны варить - это тоже не хухры-мухры, надо кому-то и этим делом заниматься. Не всем на сцене лясы точить, - вполне серьёзно ответил Егор, - хотя, если честно, предоставься возможность, я б наверно попробовал.

- Конечно, - высказался Антон, - тут даже думать нечего, совсем другая житуха. Как там Высоцкий пел: - Будут деньги, дом в Чикаго, много женщин и машин.

- А ему не надо много женщин, - заявила Наталья, - у него Маринка есть, да ведь, Ега? - и она посмотрела на друга, ища одобрение и согласье.

- Конечно, - подтвердил Егор.

- Так никто и не сомневался, - как бы оправдываясь, сказал Антон, - это же я так, из песенки слова взял.

- Ладно, Антоха, давай разливай, - нетерпеливо сказал Егор, - а то водка киснет.

- Да она у вас никогда не прокиснет, - констатировала Наталья.

После того как выпили очередную рюмку, Егор спросил:

- Да, кстати, а вы куда Лизавету-то отправили?

- Мы ж вам говорили, - ответил Антон, - они по путёвке всем классом в Питер уехали, на каникулы, на ёлку.

- А, точно, - вспомнил Егор, - а мы вот Костяна к бабуле, в Челябинск увезли. Его вот три дня нет, а я уже соскучился, - и захмелевшие глаза Егора отразили грусть.

- Ладно, ладно, Егор, мы тоже по своей егозе скучаем, приедут, - решила поддержать его Наталья, - сейчас вот нету её, и сразу в доме чего-то не хватает, как-то пусто. Да, любимый? - повернулась она к мужу.

- Точно, не хватает, - согласно кивнул Антон.

Прошло около часа, после того как Егор зашёл к друзьям. Компания уже прилично захмелела. На столе стояла на две трети опустошенная бутылка водки.

- Блин, а у меня ведь дома такой закусь обалденный есть, - вспомнил вдруг Егор, - опята маринованные, сам собирал, а Маринка делала, пальцы обсосешь, во-о! - и Егор вытянул кулак с поднятым большим пальцем.

- Тащи давай, - поддержал Антон.

- Эх, надо нам в этой стене дверь пробить, - и Егор указал на стену в большой комнате - сейчас бы раз, и дома, потом- хопа -  и у вас, две секунды.

- А чо, давай продолбим, - сказал Антон.

- Маринка вас за ноздри подвесит, если продолбите, - вмешалась Наталья.

- А что мне Маринка, я в доме хозяин, - грозно оповестил Егор.

- Квартира-то её, - напомнила женщина.

- Ладно, давай ещё накатим, - предложил Егор друзьям, - потом разберёмся.

- Пастухов, гад такой, ты и меня споил. Ладно, я хоть овощи для салатов отварила, - немного заплетающимся языком сказала Наталья, - что-то водка у тебя какая-то пьяная. Вот не надо ведь больше пить, а так вставать не охота.

- А ты и не вставай, - сказал Егор, разливая спиртное, - время есть, выспимся ещё десять раз.

- Ты за грибами хотел сгонять, - глядя на Егора заблестевшими от спиртного глазами, сказал Антон.

- Точно, я побежал, - Егор накинул пуховик и выбежал в подъезд.

Примчавшись через три минуты, он поставил на стол семьсот граммовую банку маринованных опят.

- Во, пробуйте, офигенная вещь!

- Ну-ка, ну-ка, - Антон зацепил вилкой два грибочка, - сейчас попробуем. Так, Наташка, реанимацию вызвала? Давай звони, чтоб откачать если что успели, а то к этому грибнику доверия нету, - улыбаясь, посмотрел Антон на Егора.

- Конечно, - возмутился Егор, - уж что-что, а в опятах-то я разбираюсь, будь спокоен!

- Тады наливай. Под маринованные опята грех не выпить.

Наталья взяла бутылку, - ну, под грибочки, да за компанию и я ещё выпью.

Мужчины улыбнулись. Женщина разлила спиртное по рюмкам, все выпили и начали цеплять грибы из банки.

- Да, ничего грибочки, молодец Маринка, умеет делать, - отметила Наталья, глотая закуску.

- А я чего? Я не молодец что ли? - замерев с грибом на вилке и вопросительно глядя на Наташку, спросил Егор.

- И ты молодец, - похвалила Наталья Егора, - хоть бы этого, - она ткнула локтем в бок сидящего рядом мужа - с собой вытаскивал, тоже бы грибов сделала.

- Я же звал его, ему всё некогда, занятой, - в голосе Егора прозвучал небольшой упрёк.

- Так шабашил же, всё лето и осень, какие на хрен грибы? - Антон посмотрел на жену - Сейчас зато на новой машине, и кто-то в новой шубе.

- Ладно, ладно, - успокаивающим голосом сказала жена, обнимая супруга и целуя его в щёчку, - молодец ты у меня. Ничего, без грибочков проживём. Нас вон Ега угостит. Да?

- Берите, жалко, что ли. Блин! - Егор хлопнул себя по лбу, - Телефон дома оставил, позвонить должны.  Короче, Лиховы, ломаем стену и делаем дверь, прямо щас, - вставая со стула, Егор покачнулся, - во, процесс пошёл.

- Да, да, - поддержал Антон, - ща мы это дело махом оформим, - он сжал кулаки и сделал свирепую гримасу, что при его габаритах выглядело небезобидно. Разогретая водкой кровь требовала выхода многократно увеличившейся энергии, и выход был найден - стена. Ещё час назад  Наталья бы грудью встала на защиту стены, в которой мужики собрались пробивать проём. Но час назад и сами мужики не решились бы на столь радикальные действия по сближению двух семейств. Зато теперь, после выпитого литра водки, все трое испытывали такие тёплые чувства друг к другу, что без колебаний согласились объединить свои квартиры, чтоб стать совсем родными.

- Так, Антоха, - произнёс Егор, положа руку на плечо друга, - у тебя в гараже инструмент есть?

- Конечно!

- Ну и всё, тащи кувалду и шлямбур, а я пойду, ковёр отодвину, чтоб не замарать.

- А что нам Маринка скажет? - Наташка хоть и была довольно захмелевшей, но всё же переживала за реакцию подруги.

- Спокуха, я с ней сам поговорю! - успокоил её изрядно окосевший Егор.

- Да нормально всё будет, - добавил Антон и, мужчины, одевшись, вышли из квартиры.

Через двадцать минут Егор, подготовивший комнату к разгрому, зашёл к соседям. Антон, тоже только что зашедший, стоял с кувалдой в руке у обреченной стены.

- Ну, чо, поехали? - обратился он к Егору, когда тот зашёл в комнату.

- Давай, - согласился Егор.

Мужчина взял приготовленную трубу  с заточенными зубьями на одном конце, приставил этот конец к стене на уровне головы и, как командир расчёта  артиллеристов скомандовал: Огонь!

Антон, дождавшийся момента для выхода бурлящей в нём энергии, начал со всего маху долбить по трубе. Помахав кувалдой две минуты, Антон почувствовал, что устал. Стена же не дала ни малейшего повода усомниться в своей прочности.

- Ни хрена себе! - выругался Антон, - это что, я только обои покарябал?!

- Да-а, - подтвердил Егор, - крепкая стена, видать всё по технологии делали. Цемент продать не успели, пропорции соблюдали, как положено: песочек, цемент, водичка. Да и кирпич какой-то крепкий.

- Так ведь дом-то пленные немцы строили, - сказал Антон. - А граждане арийцы, хоть и бывшие враги, но всё равно, видать, на совесть лепили. Давай продолжим.

Егор поставил шлямбур, и Антон начал долбить. Сделав ещё несколько подходов, Антон устало опустил кувалду.

- Они чо, фашисты, поди, кого из наших прорабов здесь закатали и специально каким-то особо прочным бетоном это место залили, а? Чтоб подольше не нашли.

- Да не, - засмеялся Егор, - стена кирпичная, просто надо первый кирпич выбить, а потом пойдёт.

- Ну, это понятно, что надо первый кирпич выбить. Только надо ж его выбить! - заметил Антон.

- Давай я подолблю, - предложил Егор.

- Ну, уж нет, я сам взломаю это укрепление третьего рейха, или я не внук Афанасия Лихова, дважды Кавалера Ордена Красной Звезды.

Антон взял кувалду и опять начал долбить по трубе, которую держал Егор. На этот раз он почувствовал, что стена начала подаваться.

- Всё, пошла, - радостно сказал Антон, сделав очередную остановку и вытерев рукавом пот со лба.

Пробив, наконец, в стене отверстие размером с футбольный мяч, мужики с облегчением вздохнули.

- Фу, наконец-то, - выдохнул Антон.

Егор, голосом диктора военных времён, Левитана, добавил:

- После тяжёлых и сокрушительных боёв  нашим войскам удалось взломать непреступную, вражескую оборону.

- Ха-ха-ха, - засмеялся Антон. - точно, точно, - добавил он, одобрительно кивая другу. И после небольшой паузы сказал  слегка приглушённым голосом: Слышь, Ега, я б ещё дерябнул, грамм сто тире двести, а? Что-то весь хмель вышел.

Егор заговорщически улыбнулся и прищурил глаза. Играя роль жителя крайнего севера, поднимая перед лицом указательный палец и помахивая им, произнёс:

- Э-э-э, Аньтона, сьто бы твоя деляла, однако, если бы не Егора, а?

Но тут же оглядываясь по сторонам, уже нормально спросил:

- А Наташка то где?

- Да она в душ пошла.

- А-а, это хорошо.

Оба мужчины, понимая, что больше разрешения на употребление сорокаградусной жидкости они вряд ли получат, бесшумно, как воришки, направились в коридор. Егор опять вытащил из пуховика бутылку, на этот раз пол-литровую и полушёпотом произнёс:
- Хорошо живётся хлеборезу Васе, у него всегда есть булочка в запасе!

Войдя в кухню, Антон скомандовал:

- Давай, Ега, сразу поболе наливай, а то у меня через пот весь алкоголь вылез.
- Как скажешь, хозяин, - согласился Егор.

Выпив по полстакана залпом, мужчины начали обсуждать дальнейший план:

- Так, - заплетающимся я зыком начал Егор, - сейчас мы пролёт, тьфу ты, проём пробьём, - и засмеялся над рифмой, - проём пробьём. А дверь-то, пожалуй, уже потом влепим, да? - посмотрел он в хмельные глаза друга.

- Ну, - согласился тот, - сегодня-то всяко не вставим, ё-моё. Поспать же ещё надо.

- Точно, надо. Чтоб к двенадцати в норме быть. Давай ещё по бырому хлопнем и доломаем. Ещё мусор надо выкидывать.

Мужики выпили почти всю бутылку, оставив грамм сто, видимо на посошок и, взяв инструмент, пошли завершать начатое дело.

- Так, теперь дай МНЕ молоточек, по стенке постукать, - Егор нагнулся за кувалдой.

- Не возражаю, - согласился Антон, взяв на этот раз монтировку, и приложив её к облупленным кирпичам, предложил Егору:  Стукайте, пожалуйста.

На этот раз стена ломалась без особых проблем. Антон наставлял монтировку в удобное место между  кирпичей, а Егор размашисто заносил кувалду вбок и затем сильно ударял  по находящемуся в руках Антона инструменту. После употреблённого алкоголя, мужики напрочь игнорировали какие либо меры предосторожности. Егор в очередной раз отвёл кувалду вбок, кинул взгляд на монтировку, находившуюся на уровне пояса, мельком успел посмотреть в дыру, которая была уже в половину человеческого роста и, прилагая максимум усилий, направил полёт кувалды на отламывающий кирпич инструмент. В тот момент, когда кувалда уже приближалась к своей цели, раздался неожиданно громкий щелчок шпингалета в ванной комнате. Из ванной вышла Наталья, с криво намотанным на голову полотенцем. Этот резкий звук сбил концентрацию нетрезвого Егора, кувалда выскользнула из вспотевших ладоней и направилась прямо в лоб, упирающегося коленом в пол, Антона. Заторможенная реакция пьяного человека и неудобная для манёвра поза  помешали Антону уклониться от летящего в его кучерявую голову двенадцатикилограммового инструмента. Приняв удар на себя, большая, с мокрыми от пота кудрями, голова Антона, отскочила от кувалды назад, и мужик затылком ударился о стену. Богатырский организм не выдержал этого сногсшибательного  дубля и в бессознательности рухнул на пол. Наталья, только что переступившая порог ванной комнаты, услышала, что грохнулось что-то тяжёлое, а после этого самые нецензурные выражения Егора, и поняла: У невовремя затеявших перепланировку мужиков - ЧП. Не дойдя из коридора до места происшествия, женщинаа начала возмущаться:

- Да вы что там,- в этот момент, увидев, как ей показалось, бездыханное тело мужа, она в ужасе схватилась за голову и из груди её, вырвался крик пьяной женщины, ощутившей себя вдовой:

- А-а-а-а!

Егор, подскочивший к телу Антона и нащупав на его шее пульс, рявкнул на неё:

- Не ори, он в отрубоне просто.

- Егор, вы что подрались? Это ты его, да? Зачем ты это сделал? - начала она спрашивать, причитая .

Парень, покрутив пальцем у виска, уже мягче ответил:

- Наташка, ты чё, больная что ли? Скорую вызывай и если есть, нашатырку тащи.

Перепуганная  жена, плохо соображая, побежала к телефону и трясущимися руками начала нажимать кнопки.

- Аллё, аллё, приезжайте скорей! Человек без сознания, ударился головой, улица Юрия Гага… Что? Пожарная часть? А где скорая помощь? Спасибо - машинально поблагодарила Наталья дрожащим голосом.

- Натаха, - Егор посмотрел на дрожащую девушку, - не суетись. Не бойся, нормально всё будет. В нокауте он просто. Скоро очухается. Сам в таком состоянии не раз бывал, ничо, живой.

- Да? - она с надеждой посмотрела на мужа. - Ой, а я всё равно боюсь, мне жалко его.  И Наташка, обняв Егора, заревела.

- Да ну, перестань, - погладил он её по плечу, - нашатырку лучше посмотри. Ты скорую-то, кстати, так и не вызвала.

- Ой - вскрикнула Наталья. - Точно!

Неожиданно резко зазвенел дверной звонок. Наталья вздрогнула и побежала открывать.

- Здравствуйте, - прозвучало в коридоре.

- Здравствуйте, - послышался ответ Натальи, - проходите.

Врач, седой мужчина в очках, зашёл в комнату и, увидев в стене огромную дыру, от неожиданности остановился:

- Опа, это что же такое? Дед Мороз прилетал?

Егор, сидевший на кровати, возле уже очнувшегося Антона, засмеялся:

- Да, да, Дед Мороз, вот он лежит.

Врач посмотрел на больного и, увидев на лбу того огромную гематому, шутливо спросил:

- Это что же Вы, молодой человек, стенку-то, лбом? - И осмотрев габариты Антона, добавил: Ну да, с таким здоровьем можно…

Засмеялись все. Включая медсестру, вошедшую с врачом, бледного Антона на кровати и Наталью, ещё более бледную, чем Антон.

Положив свой чемоданчик на табурет, врач присел возле Антона.

- Рассказывайте, что у вас случилось? - обратился он то ли к Антону, то ли к Наталье, то ли к Егору, надевая стетоскоп и показывая Антону, чтоб тот задрал футболку.

Начал Егор:

- Да мы тут понимаете, решили в стене дверь сделать.

Врач посмотрел на рассказчика. Егор, поняв недоумение человека в белом халате, развёл руки в стороны и продолжил:

- Ну, выпили по чуть-чуть, и вот, кувалда из рук вылетела и, прям в лоб попала.
Врач начал слушать Антона, уже не обращая внимания на Егора.

Полностью осмотрев больного, последователь Гиппократа вынес вердикт:

- У вашего мужа и друга, молодые люди, довольно приличное сотрясение мозга. В больницу, я так понимаю, Вы не поедете? - обратился он уже к Антону.

- Да какая больница, Вы что, доктор! - ответил Антон - Новый Год же!

- Кстати, насчет Нового Года. Вам сегодня и последующую неделю, постельный режим, покой и, естественно, никакого алкоголя. Понятно?

- Понятно, - с грустью в голосе ответил Антон.

- В следующий раз либо не пейте перед работой, либо каску одевайте, - улыбаясь, сказал доктор. Повернувшись к медсестре, он попросил: Настенька, бланк заполни, пожалуйста, пусть распишется, что от госпитализации отказывается.

После ухода врача, Егор и Наталья принялись за уборку. Набралось три мешка кирпича и другого хлама. Егор  вынес их к контейнерам, находящимся за домом. Наталья затёрла полы в обеих квартирах, и они приняли ухоженный вид. Вот только огромная дыра в стене, постоянно попадавшая в поле зрения, напоминала о желании трёх нетрезвых молодых людей жить под одной крышей.

- Егор, Маринка нас порешит, - грустно улыбаясь, констатировала Наталья, глядя на друга.

Алкоголь, после происшествия с кувалдой, выветривался намного быстрее. Вместе с ним уходили и уверенность в себе, и уверенность в правильности совершённого.
Егор пожал плечами и сказал:

- Втроём как нибудь успокоим.

Наталья посмотрела на лежащего с закрытыми глазами  мужа и добавила:  Вдвоём.
Антон, слышавший весь разговор, не открывая глаз, произнёс:

- Втроём, ё-моё, клиент больше жив, чем мёртв.

И все трое рассмеялись.

- Ладно, собутыльники, я домой, отдохнуть надо перед казнью, через четыре часа палач придёт.

Егор повернулся и полез в дыру, пробираясь к себе в квартиру. Несмотря на события, произошедшие сегодня, добравшись до кровати, он тут же уснул, крепким, безмятежным сном. Проснулся он лишь от звука ключей в замочной скважине, когда жена открывала дверь, вернувшись с работы. События сегодняшнего дня, как слайды, начали всплывать в памяти, поочерёдно меняя друг друга. Егор застонал, предчувствуя экзекуцию и отвернулся к стене. В коридоре послышался радостный голос жены:

- Егоркин, ты дома? Любимый, помогай сумки разбирать. Уф, замаялась, в магазинах столько народу, жуть! Когда Марина зашла в комнату, её взгляд тут же упал на стену, вернее, на дыру, огромную дыру в этой стене, зияющую, как дикий кошмар, поразивший её, словно тысячевольтный разряд. Схватившись за лицо, одна рука через какое-то время начала выпрямляться, упираясь указательным пальцем в кошмар на стене. Егор услышал какие-то невнятные звуки:

- А-а… э-э-э…  то-о-о… что это? Это что? - наконец сформулировала свои мысли Маринка, находясь в неподвижности с вытянутой вперёд рукой, напоминая своей позой скульптуру вождя мировой революции, расставленную когда-то по всей нашей огромной стране. Различие было лишь в положении второй руки, она лежала не на груди, а на лице, искажённом гримасой ужаса.

Из дыры показалась виновато улыбающаяся голова Наташки:

- Мариночка, привет, - произнесла она полушёпотом.

- Ай! - Маринка вздрогнула и отскочила в сторону, испугавшись неожиданного появления подруги. Она ещё не до конца понимала, что у них теперь практически одна квартира на две семьи. Эта информация требовала  осмысления. Постепенно осознавая, что же всё-таки произошло и, приходя в себя, Марина повернулась в сторону лежащего на кровати мужа. Егор,  в свою очередь, слушал, что же происходит там, за его спиной, но повернуться никак не решался.

- Аллё, аллё, - послышался строгий Маринкин голос, обращённый к Егору, - вы слышите меня, бандерлоги?!

Егор, не ожидавший такого обращения, от неожиданности и напряжения, повисшего в воздухе, рассмеялся.

- Офигеть надо, он ещё ржёт, - возмутилась Маринка. - Слышь ты, жеребец, повернись хоть лицом к любимой жене.

Марина  за этот короткий промежуток времени  успела мысленно перемолоть Егора в мясорубке и простить его. Также быстро придя в себя, она поняла, что ничего смертельного не произошло и что перед самым любимым праздником не стоит раздувать скандал, поэтому решила сменить гнев на милость.

- Ты повернёшься или нет? Не буду я ругаться, ты мне за эту дыру потом ответишь.

Егор наконец повернулся, так же, как Маринка, виновато улыбаясь, поднял руки вверх, словно военнопленный:

- Полностью осознал свою вину, раскаиваюсь и готов добрыми делами искупить грех перед родной квартирой.

- Искупишь, искупишь, ни куда не денешься, - заявила жена.

Затем она подошла к дыре, из которой за их диалогом наблюдала Наташка.

- А ты-то куда смотрела? Я понимаю, эти кретины налопались, но ты-то ведь женщина, у тебя должны быть мозги!

- Прости дорогая! - Наталья сложила руки крестом на груди. - Бес попутал, опоили окаянные, с толку сбили.

 - А твой-то где? Пьяный что ли?

- Мой-то, вон лежит, - Наталья кивнула в сторону, где лежал муж, - твой его чуть не угробил.

- Ладно, ладно, сейчас наговоришь - послышался голос Антона, - в норме я, оба виноваты.

Маринка высунулась в дыру и увидела на кровати лежащего Антона. Заметив на его лбу здоровенную, с кровоподтёками шишку, она выдохнула: Хо-о-о! Ничего себе! Ты что, Антоха, стену-то лбом ломал?

- Да, да, - ответил он, - ты не первая, кто это говорит. Врач так же прикололся.
- А что случилось-то? - поинтересовалась она.

- Да Ега кувалдой засветил, - ответил Антон.

- Ладно, Антонио, извини, - попросил прощения подошедший к дыре Егор, - это Наташка всё виновата, - решил он переложить какую-то часть вины на хрупкие  женские плечи.

- А я-то, с какой радости? - удивилась Наталья.

- Так кто ж так шпингалетом грохает, когда дверь в ванной открывает? Вот я и потерял концентрацию.

- А-а-а, - с сарказмом протянула Наталья, - вон оно что. Ну, кто ж знал, что у вас такой нежный слух.

- Ладно, всё, хорош разборки наводить, - по-хозяйски скомандовала Марина. - Скоро самый замечательный в мире праздник, пора поляну организовывать.

- Фу-у, - облегченно выдохнул Егор, - я думал всё будет гораздо хуже.

- А ты не радуйся раньше времени, - тут же объявила ему жена, - ты уже подписался, что вину искупать будешь, так что… Ладно, давайте стол готовить.

Маринка взяла командование над провинившимися в свои руки, и в обеих квартирах началась предпраздничная суета. Только Антон лежал на кровати, иногда давая какие-нибудь советы, или просто шутил, стараясь не терять связи с коллективом. Между делом, в дыру пришлось уже по несколько раз слазить и Егору, и Наташке, и Маринке.

- Вот видишь, какая нужная штука, - заметил Егор Маринке, когда та в очередной раз пробиралась от соседей домой.

- Ага, может так и оставим насовсем? - иронизируя, спросила жена.

- Да нет, мы дверь хотели поставить, - оправдываясь, ответил Егор.

- А может, ещё спать все вместе будем?

Егор махнул рукой и пошёл на кухню.

Стрелки постепенно приближались к двенадцати. Стол был готов, и обе семьи сидели за ним, слушая поздравительную речь президента. Антон тоже поднялся с кровати и со всеми сел за праздничный стол. Чувствовал он себя более или менее сносно и решил не портить себе праздник, валяясь в кровати.

- Давай, давай, Ега, откупоривай "шипучку", сейчас уже куранты бить начнут, - радостно подсказывал Антон.

- Не суетитесь, молодой человек, у меня всё под контролем, - уверенно заявил Егор.

На столе стояли приготовленные бокалы, и как только начался бой курантов, тут же вылетела пробка из бутылки шампанского, ударив по ушам гулким хлопком, заставив женщин взвизгнуть, а мужчин засмеяться. Егор разлил искрящийся напиток по бокалам, и все начали чокаться и загадывать каждый своё заветное желание. У Егора и Маринки  заветные желания в этом году совпали. Оба  хотели, чтоб через восемь месяцев в их семье появилась дочка, здоровая и красивая. Наташка попросила Деда Мороза, чтоб Антон быстрее выздоравливал и чтоб то благополучие, которое царило сейчас в их семье, никогда не кончалось. Ну, а Антон попросил счастья для дочери  и банального продвижения в карьере.

Вот такие пожелания улетели к Деду Морозу в эту новогоднюю ночь из-за этого праздничного стола.

А через две недели дыра в стене была заделана. За то время, что она просуществовала, в обеих квартирах к ней очень привыкли и частенько ею пользовались. После её исчезновения всем стало как-то грустно и тесно.

Однажды, напившись, Антон с Егором чуть было по новой не принялись ломать стену. Но что-то их остановило. То ли воспоминания о том, с каким трудом они таскали кирпичи и закладывали эту дыру, то ли стрясенные мозги Антона вернули его к тем ощущениям, когда тяжёлый инструмент повстречался с его головой. Так или иначе, пыл их вовремя угас, и они успокоились. И вот теперь, как и прежде, в гости друг к другу они ходят через подъезд, как и все остальные граждане, что впрочем, не мешает им оставаться друзьями.