|
|
Я молода еще, Как ягода во льду - Такая яркая, как будто Это лето. Как будто бы иду себе - бреду, И песенка не спета. Как будто мне, обратно возвратясь, Бежать вперед, Да Бог с ним, с направленьем. Я, может быть, и ягодой звалась Еще до опыленья. И алая - как есть! - до простоты На выдохе, на вдохе этой страсти… Как будто бы и не было беды, Как будто и не будет счастья.
*** А мне плыть по реке, По безмолвной и тонкой, Чтоб найти океан вдалеке… Сторониться порогов, Сушить одежонку, Доверяясь веслу, как клюке. Мне назад нет пути, Водопад или заводь Впереди. Словно страшный капкан, Так и ждет меня темный, немой, безымянный, Не знакомый ни с кем океан…
*** Имя моё − не любовь, не весна, не жизнь… Имя моё − след на песке перед следом идущей бурей. Имя моё − взгляд, обращённый вне, Внутрь уходящий и ничего не нашедший в мире.
Имя моё − голос костра и звёзд, Радуги вывих, ноские ткани заката. Имя моё убрано в горькую гроздь Разноголосицей, втайне готовой к Знаку…
*** Ну что ты, Йозеф*, не скучай По душам детским и заблудшим, На мост ступившим и «прощай!» Не проронившим и усопшим В бесовских пальцах, в лапах дерзких… Эх, бестия, не кипятись! Вода все стерпит, слышишь, бестия! Им нужно было уходить… Из дня их белого спровадить Торопишь лунную дорожку, А лунный глаз и ныне видит, Как ты их приглашаешь, что ж так Все морщишь свой костлявый мостик, Горбатый болью позвоночник… Эх, Йозеф, еще будут гости… Какой сегодня вечер сочный И ветер едкий, непослушный И ты, такой неравнодушный К дурным смертям…
* − существо из чешской мифологии, забирающее, крадущее души утопленников
*** Я люблю тебя, лазоревое яблоко, яблоко, которое не съешь, яблоко, которое не падает, яблоко не яблочных одежд. Я люблю тебя, лазоревое яблоко, жаль, уже не фрукт держу в руках, просто я кусала раньше яблоко и руками рыщу в облаках.
*** И падал день на белое лицо − Мое лицо, такое непростое. Я надевала красное кольцо На сердце, в безысходности пустое. Я рисовала красное кольцо − Ошейник счастья, алую приманку… И становился первым подлецом Любой прохожий, не попавший в рамку Моих страстей − тернистых, безымянных, Моих желаний душных и немолчных. И все трудней натягивались лямки На плечи, уходил помощник Седой и светлый − день вальяжный, маркий, Что падал мне на белое лицо. … Я надевала красное кольцо На сердце… Становилось жарко.
|