Владимир Смирнов

Портрет

Новелла 

В одном из районов на окраине Москвы стояла старая пятиэтажка, которую вот уже лет десять как собирались сносить. В этой пятиэтажке на третьем этаже жил Художник. Квартира у него была небольшая, в ней имелась всего лишь одна комната с видом на старый парк.

Художник часто любовался этим видом из окна в перерывах между работой. Этот парк словно вдохновлял его писать картины, на которых он главным образом изображал людей и природу. Из-под кисти нашего героя выходили то весьма банальные «Осенний вечер» или «Весеннее утро», то, вдруг, на его полотнах появлялись какие-нибудь трогательные, но также весьма тривиальные сценки, вроде «Первый поцелуй в парке» или «Последняя встреча у липы в старом парке».

Художник он был, безусловно, талантливый, но мало беспокоился о славе и деньгах. Жил он, в основном, продажей картин, подрабатывал в школе учителем рисования. Жил впроголодь, курил дешевые сигареты, пил дешевую водку. Большую часть денег Художник тратил на рисовальные принадлежности: кисти, краски, холсты и тому подобные вещи.

Сегодня Художник рисовал очередную свою картину.

Очередную ли? Ему казалось, что это была лучшая его картина, что ничего прекраснее он никогда создать уже не сможет.

Прошло четверть часа, он опустил кисть в маленькую банку  с потемневшей от краски водой, сел на стул и стал молча смотреть на свою картину.

Картина была великолепна. Сквозь полотно на своего создателя смотрела безумно красивая девушка с длинными золотыми волосами. На ее лице играла легкая улыбка.

Художник смотрел и смотрел, и смотрел бы еще, но…

Внезапно кто-то позвонил в дверь.

Художник спешно накрыл картину так, чтобы не смазались еще не высохшие краски, и побежал открывать.

У порога стоял Музыкант, невысокий сгорбленный мужчина, лет двадцати семи, в серой шляпе, сером пальто и серых брюках. От него пахло табачным перегаром и дешевым одеколоном.

– Боже, как я рад, что ты пришел. Я как раз закончил новую картину! Ты должен ее увидеть! – воскликнул Художник, протягивая Музыканту руку. Тот крепко пожал ее, вошел в квартиру, снял шляпу и пальто и проследовал в мастерскую. После того, как Художник сдернул полотно с картины, Музыкант, казалось, перестал дышать. Прошло несколько минут.

- Замечательно! Это лучшая твоя картина! – воскликнул музыкант.

- Ты действительно так думаешь? – с притворным удивлением спросил Художник.

- Да, я уверен на все сто. Какие глаза!… А! Тебе жутко повезло!

- Что ты имеешь в виду? Как повезло? Повезло, что именно я, а не кто-нибудь другой нарисовал эту картину?

- Нет, тебе повезло, что ты знаешь эту девушку. Она прекрасна! Как ты уговорил ее позировать тебе?

- Ты что, шутишь? – Художник растерялся. - Никто мне не позировал! Эта девушка – плод моего воображения!

- Да ты, наверное, лукавишь! Боишься, что я отобью ее у тебя? Зря!

- Да брось!

- Ну ладно, я шучу. Если эта девушка – плод твоего воображения, то тогда эта картина еще более ценна! – заключил Музыкант. – Впервые вижу художника – кончено, кроме иконописцев, - который рисует портреты не с живых людей, а с воображаемых персон. Ну, как можно допускать, чтобы люди, умеющие так рисовать, жили как нищие! Что ж, давай отпразднуем окончание – и успешное, смею заметить, – окончание твоей работы. У меня тут случайно оказалась с собой бутылочка московского коньяку. Не желаешь ли ее откупорить? – и Музыкант достал из пиджака коньяк.

– Прям уж-таки случайно! Конечно, желаю! – Художник снова накрыл картину, и они пошли на кухню.

После того как коньяк закончился, а вместе с ним закончилась и последняя бутылка дешевой водки в холодильнике Художника, Музыкант вынужден был уйти.

Художник закрыл за ним дверь, и устало опустился на стул напротив картины. Сняв с нее покрывало, он погрузился в сладкий мир своих грез.

Вечер наступил незаметно. Художник проснулся и понял, что на улице уже темно. Он накрыл картину и вышел прогуляться.

Осенний ветер забирался под полы его пальто, но мысль о картине, а также выпитое днем, хранили его от холода.

Купив в магазине банку пива, он побрел по узеньким улочкам. Фонари своим печальным электрическим сиянием освещали его путь.

На перекрестке он внезапно обернулся. Ему почудилось, что кто-то идет вслед за ним. Но за спиной никого не было, лишь ветер грустно завывал на пустынной улице.

Он побрел дальше. Он думал о девушке с картины, он не мог думать ни о чем другом. Неужели его воображение было способно создать этот образ, нарисовать эту редкую для мира красоту? Ах, как бы он желал, чтобы она, эта девушка из его картины, существовала в реальности, а не в прямоугольной рамке!

Внезапно кто-то вышел из-за поворота и едва не задел нашего Художника, который остановился, чтобы прикурить. Приятный женский голос прошептал: «Извините!»

Художник поднял взгляд. На него смотрела безумно красивая девушка с длинными золотыми волосами. На ее лице играла легкая улыбка.

Сентябрь, Октябрь 2006.